Новым подходом Трампа к иранскому конфликту назвали ничегонеделание
По данным The Atlantic, ссылающегося на собственные источники, в Белом доме все чаще приходят к выводу, что прямое давление уже не приносит ожидаемого результата.
Как отмечает издание, ни жесткие угрозы, ни новые удары и бомбардировки не помогают приблизить стороны к соглашению. Более того, каждый раз, когда американская администрация заявляет о якобы достигнутом прогрессе, в Тегеране находятся силы, которые с заметным удовлетворением пересматривают условия и фактически срывают почти готовую договоренность. В такой ситуации ставка на бездействие может рассматриваться как попытка выиграть время и дождаться более благоприятного момента для переговоров.
При этом эксперты подчеркивают, что подобная стратегия несет в себе и риски: затягивание процесса может лишь усилить недоверие между сторонами и дать конфликту новый импульс. Тем не менее в нынешних условиях Вашингтон, похоже, предпочитает не форсировать события, надеясь, что пауза окажется более эффективной, чем прежние попытки давления.
«Ни один из прежних подходов не дал ожидаемого результата. В связи с этим новая линия Трампа, как отмечается в статье, сводится к тому, чтобы фактически выждать и посмотреть, приведет ли бездействие к каким-либо изменениям. Такой курс рассматривается как попытка отказаться одновременно и от дипломатического давления, и от прямых военных мер, сделав ставку на усиление экономического удушения Ирана через санкции и возможную морскую блокаду. Предполагается, что подобная тактика должна подтолкнуть Тегеран к более серьезному участию в переговорах по вопросу открытия Ормузского пролива и поиску компромиссного решения. При этом, как утверждают высокопоставленные источники, в последние недели советники американского лидера представляли ему данные, показывающие, насколько ощутимый эффект уже оказывают действующие санкции на иранскую экономику и внутреннюю ситуацию в стране. По их оценке, дальнейшее сохранение давления может усилить проблемы Тегерана и изменить его позицию в возможных переговорах. Эксперты отмечают, что ставка на экономическое принуждение нередко используется в международной политике как способ добиться уступок без прямого столкновения. Однако в случае с Ираном такой подход может затянуть кризис, поскольку Тегеран традиционно воспринимает внешнее давление как фактор, требующий жесткого ответа. Именно поэтому вопрос об Ормузском проливе остается одним из самых чувствительных и стратегически важных в отношениях между Вашингтоном и Тегераном.»На этом фоне Дональд Трамп и глава Минфина США Скотт Бессент начали публично заявлять о крайне тяжелом положении иранской экономики, указывая на колоссальный уровень инфляции, который, по их оценке, достигает сотен процентов. Эти заявления стали частью более широкой информационной и политической кампании, направленной на давление на Тегеран и демонстрацию того, что нынешний кризис затрагивает не только внешнюю политику, но и внутреннюю устойчивость страны.При этом в Белом доме признают, что новый курс требует от президента США значительного терпения, которым он, как отмечают источники, «мягко говоря, не славится». Указывается, что даже один эмоциональный пост в Truth Social, опубликованный Трампом в состоянии раздражения, способен спровоцировать новую эскалацию и тем самым поставить под угрозу реализацию всего плана. Именно поэтому американская администрация вынуждена действовать осторожно, балансируя между демонстрацией жесткости и необходимостью не сорвать дипломатические или силовые расчеты.Авторы материала подчеркивают, что Вашингтон фактически не видит других действенных способов завершить конфликт, кроме выбранной стратегии давления и ожидания результата. В этой ситуации экономическое состояние Ирана используется как важный аргумент в пользу того, что на Тегеран можно и нужно воздействовать через внутренние кризисы, финансовую нестабильность и нарастающее социальное напряжение.Ситуация вокруг Ормузского пролива вновь привлекла внимание международного сообщества, поскольку возможное обострение в этом регионе напрямую влияет на мировую торговлю и поставки энергоресурсов. На этой неделе стало известно, что Иран выдвигает США ряд условий, выполнение которых, по мнению Тегерана, должно предшествовать снятию блокады с Ормуза. Одним из ключевых требований является компенсация за многочисленные удары, нанесённые по территории страны в последние годы. Таким образом, вопрос уже выходит далеко за рамки двустороннего спора и превращается в один из самых чувствительных политических сюжетов на Ближнем Востоке.
В ответ на эти сообщения Дональд Трамп, общаясь с журналистами, заявил, что подобные требования со стороны Ирана не поднимались в ходе американо-иранских переговоров. По его словам, тема компенсаций не была частью обсуждения, а значит, Тегеран, по мнению Вашингтона, не может ссылаться на неё как на согласованное условие. Трамп также отметил, что теперь намерен сам предъявить иранской стороне встречные претензии, включая требование возмещения за «множество конфликтов, которыми они славятся». Эта риторика показывает, что стороны пока придерживаются жёсткой линии и не демонстрируют готовности к компромиссу.
Эксперты считают, что подобный обмен заявлениями лишь усиливает напряжённость и делает перспективы дипломатического урегулирования более туманными. Ормузский пролив остаётся стратегически важным маршрутом для мировой энергетики, поэтому любые сигналы о блокаде или эскалации вызывают тревогу на рынках и у международных партнёров. В ближайшее время многое будет зависеть от того, смогут ли стороны перейти от взаимных претензий к более предметному диалогу и найти механизм, который позволит снизить риски нового кризиса.
Источник и фото - lenta.ru
